Крутите страницу дальше

2018-04-03_Как в кино.-М. Андриюк, В. Макушкин, Заполярная правда

Как в кино

Режиссер Георгий Цнобиладзе представил норильским зрителям полную версию спектакля «Камера обскура» по одноименному роману Владимира Набокова. Постановка эта родилась из эскиза лаборатории современной драматургии «Полярка». Новая история, которую увидели наши театралы, довольно неоднозначная, впрочем, как и отношение к ней самих актеров.

Камера обскура — это простейшее оптическое устройство, позволяющее воспроизводить изображение объектов, в переводе с латыни — «темная комната». Набоков использовал ее в романе как центральную метафору, потому что весь интерес устройства заключается в том, что лучи света преломляются, переворачивая изображение, как и жизнь главного героя.

Действие произведения происходит в Берлине в конце двадцатых годов. Преуспевающий искусствовед в области живописи Бруно Кречмар в кинотеатре знакомится с шестнадцатилетней Магдой и влюбляется в нее настолько, что уходит из семьи, оставив жену и дочь.

Кинематограф в этой постановке играет одну из центральных ролей: на сцене два экрана, работающие и как театр теней, и как киноэкраны; видеоряд — набор кадров из черно–белых фильмов — создает атмосферу, настроение, образ мыслей главной героини.

— Весь спектакль сделан как цепочка вспышек сознания Бруно Кречмара, как некие картинки, с помощью которых Магда воспринимает жизнь. Она осознает себя, ассоциирует только через тех героев, которых она видела в кино, — делится своим восприятием постановки Сергей Назимов, сыгравший роль Бруно. — В спектакле нет хронологического развития событий в привычном нам понимании. Есть некие фрагменты плюс кино, как наваждение Бруно. Мы и репетировали так — то часть из одной сцены, то из другой, таким вот «киношным» способом мы и пришли к премьере.

Год назад на «Полярке» режиссер расширил пространство за счет двух подиумов, которые, выдвигаясь от сцены, занимали часть зрительного зала. На них размещались столики импровизированного кафе (с одной стороны) и ванна в квартире Магды — с другой. Сейчас пространство организовано традиционно: по словам Георгия Цнобиладзе, в подиумах особого смысла не было, разве что произвести впечатление на публику. А благодаря Наталье Наумовой, режиссеру мультимедиа, и Александру Рязанцеву, художнику по свету, многие сцены производят неизгладимое впечатление.

— Год назад эскиз готовился за три дня, очень быстро, на скорую руку. Я не сказала бы, что тогда я сильно углублялась в роль. А здесь мне хотелось поискать большей глубины в героине, чтобы она не выглядела абсолютной стервой, — делится Полина Белянина, сыгравшая Магду. — Я считаю, что нельзя судить людей однобоко, потому что невозможно дать моральную оценку человеку, если ты не знаешь его мотивов. Я пыталась рассмотреть персонаж более объемно, хотелось передать глубину характера, донести до зрителя, что Магда — просто непосредственная, открытая девушка.

Возможно, 16–летняя Магда и была непосредственной девушкой, но с Бруно своего она точно не упустила. Да и, встретив бывшего любовника Роберта Горна, тоже теряться не стала.

— Магда однозначно не уверена в Горне, не верит, что он останется с ней навсегда, поэтому она оставляет себе запасной вариант. Это не расчет, просто все мы хотим счастья, добываем его теми или иными путями, и я не скажу, что это плохой путь. Она до конца осталась с Бруно, а все, что происходило параллельно между ней и Горном, — это юношеская страсть и неосознанность чувств, — оправдывает героиню актриса.

— Бруно Кречмар — искусствовед. Был бы он человеком более приземленной профессии, все было бы по–другому, но для него все новое, свежее, прекрасное — это его вдохновение. И Магда явилась для него этим вдохновением, пробудив все, что в нем спало до сих пор, — рассуждает Сергей Назимов. — Если в искусстве будет править прагматизм, то и искусства–то не будет. Актер Алексей Петренко говорил, что, если артист очень умен, он просто дурак. Артист должен быть ребенком. И в Бруно есть эта черта, он, как ребенок, не видит истинного лица Магды, и эта слепота, которую дала Бруно влюбленность в эту девочку, в итоге оборачивается слепотой физической.

— Мне сложно говорить о персонажах постановки, потому что среди них нет положительных героев, все они — еще те подлецы, — заявляет Денис Ганин, сыгравший Горна. — Если сравнивать, то, по–моему, только ребенок — дочь Кречмара — тут положительный герой. Впрочем, мне кажется, что Роберту нравится эта женщина, и он не хочет ее отпускать. А уж какими способами он этого добивается, это вопрос второй. Я не могу много сказать об этой истории, потому что до конца ее еще не осознал, у нас было мало времени. Надо играть премьеру несколько дней подряд, чтобы вжиться в историю, чтобы она «задышала».

Так случилось, что отыграв премьеру 23 марта, труппа отправилась на фестиваль в Красноярск, поэтому действительно вживаться в спектакль у актеров возможности не было. Впрочем, у них все еще впереди.

— Если ставить спектакль в репертуар чаще, будет просто замечательно, — считает Сергей Назимов. — Ведь спектакль только к 10–11– му показу начинает вызревать, при интенсивной его игре. И тогда происходит то чудо, когда зритель переживает вместе с артистом все перипетии представленной истории.

— Первые показы — это ощущение, что ты летишь от волнения, от азарта, а сейчас будет осмысливание работы, появятся другие паузы, другие акценты, — отмечает Ганин. — Не знаю, насколько принял спектакль зритель. По первому дню этого понять невозможно, потому что премьерная публика всегда очень лояльна, она добрая. А дальше зритель голосует ногами: он или приходит на спектакль или не приходит.

 

Марина Андриюк

Фото Владимира Макушкина