Крутите страницу дальше

Анонсы

Апрельские тезисы "Полярки-2017": "Блюз 116-го маршрута"

Репертуар Малой сцены театра в апреле пополнится постановкой режиссера Николая Русского по рассказу "Блюз 116-го маршрута" Василия Аксенова (премьера состоится 8 апреля). Эскиз будущего спектакля был представлен публике в январе этого года на лабораторных показах нашей "Полярки" и собрал множество положительных и лестных отзывов.

О Родине и  государстве, об обиде вынужденного отъезда и горечи возвращения повествует рассказчик, а еще о том, что ничто не уходит безвозвратно, все повторяется, время циклично и не очень уж для человеческой истории изобретательно. Жанр и стиль обозначен В. Аксеновым и в заглавии, и в самой ткани прозы – блюз. Причем от стиляги 50-х…

Постановка Николая Русского, не держась слепо за букву, точно воспроизводит дух и душу этого произведения, ироничного и печального, лирически и трагически напряженного, фантастически-смешного и музыкально-насыщенного. Это ансамблевая, яркая история с очень колоритными персонажами. 

Николай Русский – выпускник Российского государственного института сценических искусств в Санкт-Петербурге (мастерская В.М. Фильштинского, 2016). Сотрудничает с «Этюд-театром» (Площадка 51, Петербург) как актер и режиссер. Создал спектакли по своим рассказам «Коллеги», «Снег любви» («Этюд-театр»), в рамках Х лаборатории «Молодая режиссура» Самарского театра юного зрителя представил эскиз по рассказу И.А. Бунина «Холодная осень». Решением экспертного совета Высшей театральной премии Санкт-Петербурга «Золотой софит-2016» отмечен специальным призом «За режиссерский дебют»: в 2014 году создал эскиз по рассказу В. Сорокина «Волны», вошедший в спектакль «Три текста про войну» (БДТ им. Г. Товстоногова).

В спектакле заняты Заслуженные артисты России Сергей Игольников, Лариса Потехина, артисты Дарья Дороготовцева, Сергей Назимов, Мария Нестрян, Александр Носырев, Инесса Талашкевич, Денис Чайников

Из отзывов

"Да, получился действительно блюз… любимый джазовым поколением Аксенова, да и людьми помоложе. Застегнутый перед сквозняками Родины на все пуговицы плаща, в глубоко надвинутой шляпе, герой этой истории изо всех сил дистанцировался от российского сумасшествия, уже подзабытого в эмиграции. Но оно догоняло его, то в виде распахнувшего телефонные объятия приятеля-стукача, то в виде бывшей первой любви — Любки, завлекательно покачивающей в ритме «Чатануги» попышневшими за десятилетие бедрами, то в его безуспешной попытке применить законы цивилизации в языческой стране, которая в 90-е годы совершенно с ума сошла, мечась между православием, идолопоклонничеством и африканскими ритуалами. Сумасшедший шофер автобуса, Апломб Кашамов, сын Хардибабеда, по закону долженствующий бы отбывать хоть какое-нибудь наказание за свое хулиганское поведение с пассажирами, становится Великим Кашамом после своей нелепой и совершенно справедливой гибели. И «дети» Апломба Кашама пели ему славу на мосту…

Это печально-насмешливый блюз о конце прошлой цивилизации. Об этой ушедшей Атлантиде, в которой партия боролась с антипартией, танец маленьких лебедей до сих пор вызывает не всем понятный издевательский смех, и слезы закипают при первых тактах глубоко советской песни «Я по свету немало хаживал». И потонули вместе с этой цивилизацией уже почти все: и те, кто уезжал, и те, кто выдавливал. Остались те, кто славит на мосту непонятно кого, неизвестно за что, под глухие звуки унылого гимна, напоминающего кислое лицо автора-гимнюка. Удивило только одно: откуда молодой режиссер Николай Русский это все знает? Генетическая память, видимо". (Татьяна Тихоновец. Не будем проклинать изгнанье. Петербургский театральный журнал)