Крутите страницу дальше

Новости

Соловей по имени Сева

Минувшим вечером наши зрители познакомились с одиноким гитаристом – героем моноспектакля Владимира Зуева с бодрым названием «Кафе-Мафе». Ресторанный музыкант, адским трудом (пришлось 50 раз кряду для клиента исполнить «Как упоительны в России вечера») заработавший-таки возможность свободного творческого высказывания - не по заказу, а по наитию, душевному порыву размышляет о себе, о времени, об очередном уже осознающем свой уход поколении… вспоминает все свои влечения – устремления – предпочтения: от выбора инструмента и музыкального кумира до опытов исполнительства и сочинения. Бардовская песня, русский шансон, рок-н-ролл… «За каждой песней – какая-то история, человек какой-то…» В этом как будто случайном  творческом вечере-монологе трудно разделить голоса Автора и его героя, исполняющего к тому же авторские стихи разных лет.  И хоть, кажется, не тянет Севу Соловьева к бардам, но, если вспомнить, слово это изначально соотнесено с поэзией, а осмысление жизни у героя именно поэтически романтическое, из самой гущи, из самого варева быта, из чада провинциального кабака устремленное в незнаемое - невозможное – неизбежное. О недостижимости мечты, о скоротечности и призрачности жизни – его тоска…

…Сто виски, и Winston, и Sting, и немного теплее,

И женщина с грустной улыбкой при входе в метро…

И пары целуются в мартовской мокрой аллее,

И время бесследно уносится в точку zero…

 

Что было, что будет, чем сердце… ни суть и не важно…

Желание выйти за круг все слабей и слабей,

Но я принимаю как факт, что случится однажды,

Так часто случается здесь, на планете людей…

 

Нет сна, нет покоя, нет сил, отчего же так пусто

Скажи мне, стоящий с рожденья за правым плечом…

Ты знаешь, я чувствую боль, это чистое чувство,

Которое здесь и сейчас и всегда ни при чем….

Никуда не сбежать ему от этой боли, как никогда не уйти от «кафе-Мафе», от необходимости петь и говорить чужое. Соловей – доверчивая птица. Он несколько раз благодарит своего благодетеля-истязателя за случайно полученную возможность не петь по заказу. А завершает монолог легким и ёмким образом – выдувает мыльные пузыри: «что такое радость? (выдувает пузыри) Мы с вами как пузыри эти. Кто больше, кто меньше. Кто сразу лопается, кто еще и на поверхности какой-нибудь поживет. Кто-то сильнее переливается, кто-то монохромный. Пузыри. И внутри может быть все, что угодно: воздух, дым, перегар, счастье и злоба… Дело не в том, что внутри, конец для всех один. Дело в том, что мы, пузыри, для радости друг другу даны. Чтобы радоваться просто так, беспричинно. Для радости! Мы забыли это. А это просто…»